Имя оперного певца Федора Шаляпина когда-то гремело по всей Российской империи, он немало гастролировал по стране, и повсюду его встречали бурными аплодисментами. Но Екатеринослав сумел удивить известного певца, он даже написал оттуда в письме любимой жене Иоле, что выступил блестяще, но не очень понравилось, когда его носят на руках. Впрочем, это не помешало Федору Ивановичу еще дважды приехать впоследствии в Екатеринославе и получить новые порции положительных впечатлений от благодарной публики. Далее на dneprovskiye.info.
Первый визит метра в Екатеринослав
Этого певца знал весь мир, в нем удивительно сочетались таланты актера и солиста, он умел очаровывать зал, всегда оставался великодушным. Голос вокалиста слышали даже в самых отдаленных от сцены местах, Шаляпину бурно аплодировали зрители всех всемирно известных театров. Впервые в Екатеринослав он прибыл 9 мая 1903 года, что стало грандиозным событием для города. В Зимнем театре, который впоследствии переименовали в Днепровский академический театр драмы и комедии, зал был рассчитан на 1200 мест, не вмещал всех желающих. Даже в проходах люди стояли очень плотно.
Федор Иванович тогда порадовал екатеринославцев лучшими партиями из “Пророка”, “Старого капрала”, ариями из опер “Садко” и “Борис Годунов”. Не забыл и о любимых всеми народных песнях и романсах. Газеты называли его современным богатырем русской оперной сцены, сравнивали успех с триумфом Горького в литературе, а зрители действительно готовились отблагодарить несением на руках по городу. Однако «ехать» по улицам на руках не пришлось, певец мило распрощался с поклонниками и двинулся с гастрольным туром дальше, в Ростов-на-Дону.
Второй концерт Шаляпина в Екатеринославе
Конечно, газетчики не могли не воспользоваться возможностью вылить и немного негатива, ведь хотя понятия “желтая пресса” тогда не существовало, подобных газетных бульварных листков в стране хватало. Накануне второго визита певца екатеринославские листки писали о своенравном характере Шаляпина, вспомнили инцидент в Большом театре на опере “Русалка”. Федору Ивановичу тогда не понравилась работа дирижера, поэтому он покинул театр в антракте, задолго до конца спектакля. Дирекции едва удалось догнать его и уговорить вернуться. Однако оставаться в коллективе Императорского театра певец не захотел, аргументируя свое решение расхождением взглядов с представителями дирекции о постановке дела. Даже пошел на то, чтобы выплатить 25 тысяч рублей, что предполагалось по условиям договора.
Но, несмотря на все опасения горожан, второй концерт Шаляпина прошел с не меньшим успехом, чем ранее. Более того, 12 сентября 1910 года вместо запланированных 5 песен Федор Иванович исполнил 20, весь зал аплодировал стоя. Как и в первый раз, в зале не было ни сантиметра свободного места. Екатеринославские газеты наперебой восхваляли Шаляпина за его любезность, удивительный тембр баса, свежесть и мастерство исполнения. Упомянули и о том, что подобного триумфа местный театр еще не знал.
Третья поездка певца в Екатеринослав
В последний раз горожане принимали всемирно известный бас страны в мае 1915 года, этот концерт выделялся тем, что вместе с Шаляпиным приехали известный музыкант, талантливый пианист, дирижер и композитор Федор Кенеман и скрипач-виртуоз Борис Ласс, чья игра выгодно подчеркивала бархатность популярного голоса. В этот раз Федор Иванович порадовал зрителей исполнением «Анчара» Римского-Корсакова, «Вакхической песни» Глазунова, «Сказания о Ермаке Тимофеевиче», произведений Глинки и Мусоргского.
Шаляпин всегда пребывал в образе, оставался искренним и правдивым, умел отблагодарить зрителей за искреннее отношение к своим песням. Все, кому приходилось его слышать, рассказывали: голоса такой силы, полета и красоты, не знающего препятствий, слышать никогда в жизни больше не приходилось. Еще екатеринославские газетчики вспоминали, что на последних двух концертах зрители галерки очень громко просили певца исполнить любимую народом «Дубинушку», в чем тот не мог отказать.
Впечатления Шаляпина от гастролей в Екатеринославе
Если в первый раз эмоции екатеринославцев немного шокировали великого певца, то в последующие свои визиты он уже спокойнее относился к подобным проявлениям. А возможно, расположение Шаляпина объясняется еще и тем, что он после второго и третьего концертов смог прогуляться по улицам, отдохнуть в Потемкинском саду (нынешний парк имени Шевченко), спокойно оценить красивый город. По крайней мере, своим детям в письме из Екатеринослава Федор Иванович писал, что город, который стоит на берегу того Днепра, который они уже видели в Киеве, очень красив, есть прекрасный Потемкинский сад, расположенный на высоком берегу реки. А тогда Днепр как раз разлился, и певец отметил, что картина открывается удивительно прекрасная и величественная. Понравилось также, что вокруг было много зелени, тепла и солнца, волшебно пахла сирень.
Необычное продолжение истории
Стоит вспомнить, что любимой женой Шаляпина, которой он писал после первого концерта в Екатеринославе, была прима-балерина венецианского театра “Фениче”, “звезда” русской труппы Саввы Мамонтова, очаровательная Иола Торнаги. Она приезжала на гастроли в Екатеринослав еще в зените своей славы в 1897 году, когда ее выступления на сцене в балетах «Стелла», «Дочь фараона», «Приказ короля» произвели фурор. Когда вышла замуж за Шаляпина, то покинула сцену. Случилось так, что с Федором Ивановичем они впоследствии разошлись, певец после революции направился в Европу, а Иола осталась.
Сильно бедствовала, и кто-то подсказал ей направиться в город, где имели бешеный успех Шаляпин и она сама. Балерина рискнула приехать в переименованный Днепропетровск в 1929 году и получила от благодарных горожан жилье и работу, преподавала танцы на курсах рабочей молодежи. А по тем временам с жильем и работой было очень сложно. Люди уважали женщину, как жену незабываемого Федора Ивановича и очаровательную в прошлом танцовщицу. Бытует легенда, якобы Иолу по приезду обокрали карманники, и об этом узнали местные воры в законе. Один из представителей высшего криминалитета посетил жену Шаляпина с огромным букетом цветов и извинениями и признался, что обожал ее еще со времен первых гастролей в Екатеринославе. Но даже если этот случай – выдумка днепрян, все равно получается, что именно искренность и талант певца помогли в трудную минуту его жене, а щедрость и благодарность горожан – спасли от голодной смерти в нелегкие времена революционных и послереволюционных перемен.